Аронакс Д'Йер и Латинда Д'Йер

Надеюсь удивить все же смогла.
По крайней мере попыталась.

Кэлен находилась в небольшом поселении, когда туда прискакала лошадь с маленькой девочкой. Эльфийка в это время гостила у знакомой семьи лекарей, с которыми познакомилась в одном из своих путешествии. Девочку селяне привели к ним, поскольку у нее было несколько ссадин, и та прибывала в состоянии шока. Громкий стук раздался в небольшом домике лекарей, эльфийка стоящая у камина накинула капюшон, не все к ней в этой деревне относились дружелюбно. Когда девочку занесли и положили на небольшую кровать, больше похожую на раскладушку, и все посторонние кроме старосты деревни ушли. Кэлен подошла ближе и спросила:
– Что случилось?
Староста деревни посмотрел в ее сторону, нахмурившись. Кэлен скинув капюшон, прибавила:
- Джереми я хочу лишь помочь, это ведь не первое нападение в на пути к вашей деревни. Сколько еще погибнет людей, прежде чем кто-то решит выяснить, в чем дело.
Он, что-то тихо пробурчал себе под нос. После чего рассказал еще несколько случаев исчезновения людей возвращавшихся в деревню. Эльфийка внимательно слушала старосту деревни, и краем глаза смотрела, как Габриэла осматривает царапины малышки. Девочка смотрела на все своими ярко голубыми глазами, но в них стояли слезы. Эльфийка опустилась перед малышкой на колени и что-то тихо начала говорить по эльфийски. Туман плескавшейся в глазах голубоглазой малышки стал отступать, и вскоре малышка заснула. Кэлен поднялась и молча, кивнула Габриэле, тихо произнеся:
- Теперь она проспит до утра. Джереми ты сможешь мне показать, на карте место, где происходят нападения? – староста лишь кивнул в ответ, эльфийка достала небольшую карту и расстелила ее на ближайшем столике. После того как ей указали несколько точек, где происходили нападения, свернув карту эльфийка чуть склонила голову в знак уважения к хозяйке этого дома и вышла на улицу, где на ее свист тут же примчался конь вороного цвета. Вскочив на него, Кэлен направилась к той рощице, через которую проходил маршрут всех потерпевших.
В небе постепенно гасли последние лучи солнца. Накинув капюшон плотнее, и закрыв полой плаща, меч из эльфийской стали. Конь пошел более медленным шагом, а Кэлен вслушивалась в малейший шорох. Через седло коня были перекинуты специально тюки для вида, набитые тряпками, и расшитые нитями. Расчет Кэлен был на то, что разбойники, которые скорей всего орудуют в этих местах, не пропустят одинокого путника. Свист стрел, заставил эльфийку пригнуться и чуть быстрее пустить коня. Но лишь делая вид, что хочет убежать, на самом деле эльфийка ждала, пока не появится кто-то более ощутимый, нежели стрелок, притаившейся на дереве. Скорострельность его заставило эльфийку призадуматься, для человек он был слишком быстр. Еще один град стрел обрушился на эльфийку, с другой стороны, которая пригнувшись еще ближе к седлу, оказавшись у раскидистого дерева, спрыгнула с седла, укрывая себя и коня за толстым стволом дерева. Тихий шелест листьев, заставил Кэлен резко обернуться, а прирожденная ловкость увернуться от удара меча, просвистевшего в пару миллиметрах, от того места, где только что была голова. Отразив уже следующей удар мечом, принялась атаковать, стараясь оставаться под прикрытием дерева, от лучников.  Бой был достаточно длинным, противник попался очень искусный. Когда противник почти был повержен, эльфийка скинула с него капюшон, и тут же застыла как громом пораженная. Противником оказалась эльфийка, с черными, как смоль волосами, и ясными глазами цвета лазури, казалось, черты лица совсем не изменились, но неуловимо чувствовалось изменения коснувшиеся его. Но даже оттенок кожи, который стал чуть темнее ее собственного, не заставил усомниться, что эльфийка перед ней, это ее мать, когда-то просто оставившая ее. Лишь взгляд был не от ее доброй матери, теперь это были глаза хищника. Заминка стоила Кэлен непростительной ошибке, опустив меч, эльфийка не успела отразить дротик, который в нее выпустил другой противник. Мысли же его были тщательно скрыты, как и всех остальных, поэтому его приближения она не услышала. Дротик был смазан сильным снотворным, которое тут же подействовало на Кэлен, и та потеряла сознание.

Сознание медленно возвращалось к Кэлен, но глаза эльфийка пока не открывала. Слух вернулся быстрее всего, и та могла слышать тихий разговор, между ее матерью и еще кем-то:
- Послушай внимательно меня. Мы должны ее убить, иначе она расскажет о нас, что темные эльфы действительно существуют, и что это не вымысел. По крайней мере, для большинства людей эта тайна, и он желает, что бы тайной и оставалось.
- Хорошо, но может, стоит оставить ее в живых, из нее можно вытрясти полезные сведения. Но если таков приказ, я подчиняюсь ему. Я убью ее сама. Наедине,- голос матери звучал даже кровожадно, что совершенно не свойственно эльфам.
От этих слов в сознании эльфийки, что-то разбилось. Кэлен никогда не думала, что ее родная мать окажется предательницей, одной из темных эльфов, которые пятнали репутацию эльфов и сеяли раздор между ними и людьми. Кэлен было тяжело это осознавать, сердце гулко билось в груди, а в душе разливалась боль похожая на липкое вещество, которая сковывала любое ее движение. Оцепенение от шока, накатывало все больше, но Кэлен боролась с этим чувством. Тихо мысленно уговаривая саму себя Ты обязана выжить, ты должна жить, и защитить бедных жителей поселения, и рассказать всю правду о нападениях. Тихий шелест листьев заставил Кэлен открыть глаза и увидеть перед собой клинок меча, который сжимала ее мать. Глаза цвета лазури беспристрастно смотрели на дочь, а голос тихий и наполненный какой-то злобой произнес:
– Попрощайся с жизнью Кэлен, сегодня ты умрешь.
Кэлен не могла высвободиться, так как руки ее были связаны прочной веревкой, заговоренной против огня. Мать знала, все слабые и сильные стороны своей дочери. Но она не знала, о второй магии, которую та совершенствовала постепенно, и сейчас могла достаточно уверенно ей пользоваться некоторое время, которое ей было необходимо для того, что бы попробовать сбежать. Поэтому встретившись взглядом с матерью, Кэлен вложила в ментальную магию всю свою силу. Остановись, слышишь … стой. вся воля, храбрость и отчаяние было вложено в этот приказ. Который мог спасти ее жизнь. Рука с мечом в руках матери дрогнула и на мгновение опустилась. Этого было достаточно, что бы Кэлен вскочила на ноги и пронзительно свистнула. Руки, связанные, к тому времени она протащила вперед. Где-то раздалось в ответ ржание Шторма, но до того как конь будет рядом, эльфийки еще предстояло побороться с родной матерью. Кинувшись чуть в сторону, эльфийка увернулась от удара меча, который нанесла ее мать, придя в себя. Две эльфийки кружили друг перед другом, Кэлен искала удобный момент, что бы освободить руки от пут, а мать наносила один удар за другим, от чего на правом плече уже кровоточила царапина. Кэлен шагнула на полшага ближе, и подставила руки, уже под летящий удар, траекторию которого уже не возможно было изменить. Путы разлетелись под острием меча, Кэлен же обхватила одной рукой мать за шею, и ногой выбила меч из рук. Меч плавно перекувыркнулся в воздухе, и упал прямо в руки Кэлен, ведь меч был ее. В это время прибежал и Шторм, но эльфийка смотрела на мать,  держа острие у ее горла, затем отпустила его и спросила очень тихо:
– Зачем мама?
Глаза полыхали огнем ненавистью и слова были подобны яду:
- Куда да уж тебе понять, я всегда ненавидела своих сородичей, но больше всего я ненавидела тебя. Ты была похожа на своего отца, который оставил меня. Но теперь я на правильной стороне, когда он вернется, в мире будет царить порядок. Людишки слишком много места занимают в этом мире, хотя он принадлежит нам.  Ты еще можешь выбрать правильную сторону, оставайся с нами, и отрекись от всего.
Кэлен смотрела на свою мать и не узнавала ее, никогда прежде та не знала, что так ее люто ненавидела, в душе эльфийки царило смятение и боль, врезавшаяся подобно острому кинжалу в самую душу. Кэлен тщательно пыталась скрыть свои эмоции от матери, но по щекам потекли слезы отчаяния. Эльфийка закусила губу и, вскочив на Шторма, в последний раз посмотрела в ледяные глаза матери, тихо произнеся:
– У нас разные пути с тобой…
Шторм рванул с места, не хуже стрел, что раньше летели в Кэлен. Конь уносил эльфийку прочь, а Кэлен сжимая руку сильнее, пыталась убрать болью от впившихся в ладонь  ногтей заглушить боль души.

Латинда Д'Йер
Благодарю. надеюсь смогла хоть немного удивить.
Хорошо, в пробном посте специально раскрасила диалоги, что бы не запутались читающие.
А насчет темных эльфов, они есть в Аркануме, только о них мало кто знает. )